Контакты через границы

Семейный спор - до развода

Информ — Thu, 08 Jan 2026 21:02:14 GMT

Семейный спор - до развода

Сегодня

4 мин

В зарубежных семьях с русскими корнями нередко возникает спор: стоит ли помогать родственникам в России? Доводы приводятся разные - "за" и "против". Дело иной раз доходит до развода. Попробуем разораться, кто прав. Предоставляем слово всезнающей и нейтрвльной Алисе AI

Вопрос о том, нужно ли помогать родственникам в России, особенно в контексте брака, часто становится предметом споров и может стать причиной разрыва отношений. Это связано с разными ценностными установками, финансовыми обстоятельствами и личными границами. life.akbars.ru +2

Аргументы «за» помощь родственникам

Моральная обязанность и семейные узы. В российской культуре помощь родственникам часто рассматривается как нравственный долг. Считается, что семья — это опора, и в трудную минуту близкие должны поддерживать друг друга. Например, если родственник тяжело болен, потерял работу или столкнулся с финансовыми трудностями, помощь может восприниматься как акт милосердия и солидарности. banki.ru +2

Взаимность и будущее. Некоторые люди руководствуются принципом «сегодня помогу я, завтра помогут мне». В этом случае помощь рассматривается как инвестиция в будущие отношения, когда в сложной ситуации поддержку может оказать уже кто-то из родственников. m24.ru

Эмоциональная связь. Помощь может укреплять родственные отношения, создавать ощущение единства и близости. Это особенно важно в кризисных ситуациях, когда человек чувствует себя одиноким. dzen.ru +1

Социальная ответственность. В России, где система социальной поддержки не всегда охватывает всех нуждающихся, родственники часто становятся единственной «страховкой» для пожилых, больных или малоимущих. m24.ru

Аргументы «против» помощи родственникам

Ущерб собственной семье. Если человек уже создал свою семью, помощь родственникам может идти в ущерб его супруге/супругу и детям. Это особенно актуально, когда средства ограничены, и траты на родственников приводят к снижению качества жизни собственной семьи. life.akbars.ru +2

Риск создания иждивенчества. Постоянная финансовая поддержка может лишить получателя стимула к самостоятельности. Это может привести к ситуации, когда родственник привыкает к зависимости и перестаёт прилагать усилия для решения своих проблем. dzen.ru

Манипуляции и чувство вины. Иногда родственники используют просьбы о помощи как инструмент давления, культивируя у помогающего чувство вины. Это может создавать токсичную эмоциональную атмосферу. e-xecutive.ru

Неравномерное распределение нагрузки. Если в семье несколько родственников нуждаются в помощи, возникает вопрос о том, кому и в какой мере помогать. Это может вызывать конфликты, если нет чёткого понимания приоритетов. life.akbars.ru +1

Личные границы и автономия. Зрелые люди часто считают, что после создания собственной семьи их главные обязательства — перед партнёром и детьми, а не перед родителями или другими родственниками. Помощь должна быть добровольной, а не обязательной. dzen.ru +1

Как спор о помощи родственникам может стать причиной разрыва брака

Финансовые конфликты. Разные подходы к распределению бюджета могут стать источником постоянных ссор. Например, если один супруг регулярно помогает родственникам, а другой считает это нерациональным расходованием средств, это может привести к накоплению обид и недовольства. life.akbars.ru

Эмоциональное напряжение. Постоянные дискуссии о помощи родственникам могут вызывать стресс и раздражение. Если супруги не находят компромисса, это может привести к охлаждению чувств и дистанцированию. dszn.ru

Разный жизненный опыт. У супругов могут быть разные модели отношений с родственниками, сформированные в детстве. Например, один вырос в семье, где помощь близким была нормой, а другой — в семье, где ценилась самостоятельность. Эти различия сложно преодолеть. life.akbars.ru

Нарушение баланса в отношениях. Если один из супругов постоянно «тянет» на себя ресурсы ради родственников, это может восприниматься другим партнёром как пренебрежение к их общим интересам. Со временем это может привести к ощущению, что брак не является приоритетом. b17.ru

Невозможность договориться. Отсутствие диалога или неспособность найти компромисс по этому вопросу может стать катализатором более глубоких проблем в отношениях. Если супруги не умеют обсуждать чувствительные темы, конфликт вокруг помощи родственникам может стать «последней каплей». dszn.ru

Как минимизировать риски

Открытый диалог. Важно обсудить ожидания и границы заранее, до возникновения кризиса. Партнёры должны понять, в каких ситуациях они готовы помогать родственникам и в каком объёме. life.akbars.ru +1

Включение помощи в бюджет. Если помощь планируется регулярно, её можно заложить в семейный бюджет как отдельную статью расходов, чтобы избежать неожиданных трат. life.akbars.ru

Поиск альтернативных форм поддержки. Вместо финансовой помощи можно предложить помощь в оформлении социальных льгот, поиске работы или других вариантах поддержки, которые не будут сильно бить по бюджету. life.akbars.ru

Установление чётких границ. Важно договориться о том, в каких случаях помощь оказывается, а в каких — нет. Например, можно решить помогать только в экстренных ситуациях, но не на регулярной основе.

Обращение к специалисту. Если конфликт становится неразрешимым, стоит обратиться к семейному психологу, который поможет найти выход из ситуации. psychologies.ru +1

Таким образом, вопрос о помощи родственникам — сложный и многогранный, и его решение требует взаимного уважения, компромиссов и чёткого понимания приоритетов в отношениях.

Ю.Фединский, редактор. Алиса AI.

Хочу учться - загрвницей!

Информ — Thu, 08 Jan 2026 10:02:23 GMT

Хочу учиться - заграницей!

Сегодня

6 мин

Оглавление

Откуда берётся желание учиться за рубежом

Чаще всего мотивация складывается из нескольких факторов:

Профессиональные амбиции
стремление получить диплом, признаваемый в мире;
доступ к передовым исследованиям и лабораториям;
возможность учиться у ведущих экспертов в своей сфере;
усиление конкурентоспособности на международном рынке труда.
Личностное развитие
желание выйти из зоны комфорта, проверить себя;
интерес к новой культуре, языку, образу жизни;
расширение кругозора и сети контактов (однокурсники, преподаватели, работодатели из разных стран).
Практические соображения
перспективы иммиграции и получения ВНЖ/ПМЖ;
более доступные цены на образование в некоторых странах по сравнению с топовыми вузами дома;
гибкие программы (например, возможность совмещать учёбу с работой).
Вдохновение и примеры
истории успеха знакомых, блогеров, кумиров, учившихся за рубежом;
впечатления от поездок за границу, обменов, летних школ;
влияние семьи (если родители поддерживают идею или имеют опыт жизни/учёбы в другой стране).
Неудовлетворённость локальными возможностями
отсутствие нужных программ в родных вузах;
желание сменить образовательную среду;
поиск более прогрессивных методик обучения (проектный подход, междисциплинарность, практика).

Как превратить желание в цель

Чтобы устремление не осталось мечтой, пройдите эти шаги:

Сформулируйте «зачем»
Ответьте честно: что именно вы хотите получить от учёбы за границей?
Примеры целей:
«Получить магистерскую степень в области ИИ в университете Лиги Плюща, чтобы работать в международных IT‑компаниях».
«Выучить французский на уровне C1 и окончить программу по европейской истории во Франции, чтобы стать гидом‑переводчиком».
«Пройти стажировку в биолаборатории Германии и опубликовать исследование».
Выберите страну и вуз
Изучите рейтинги, программы, языки обучения, стоимость.
Учитывайте:
визовые требования и возможности работы во время учёбы;
стоимость жизни и наличие стипендий;
культурные особенности и уровень безопасности.
Оцените ресурсы
Финансы: сколько стоит обучение + проживание? Есть ли гранты, стипендии, сбережения?
Язык: какой уровень требуется? Сколько времени нужно на подготовку?
Документы: аттестат/диплом, тесты (IELTS/TOEFL, GRE, GMAT и т. п.), рекомендации, мотивационное письмо.
Составьте план
Краткосрочное (1–2 года): поднять язык, сдать тесты, собрать документы.
Среднесрочное (3–4 года): подать заявки, получить визы, переехать.
Долгосрочное: учёба + планы после выпуска (работа, иммиграция, возвращение домой).
Найдите поддержку
Обратитесь в образовательные агентства или центры международных программ.
Ищите сообщества студентов из вашей страны за рубежом.
Обсудите планы с семьёй и друзьями — это поможет снизить тревогу.
Продумайте «план Б»
Что, если не получится поступить в первый выбор? Какие альтернативы есть?
Как будете действовать, если возникнут финансовые или визовые сложности?

Типичные ошибки на этапе формирования цели

Размытые формулировки («Хочу учиться где‑нибудь в Европе»).
→ Лучше: «Поступить на программу MSc in Environmental Science в Университет Хельсинки к 2026 году».
Недооценка затрат (только стоимость обучения, но не жильё, страховка, перелёты).
Игнорирование языка (например, рассчитывать на англоязычные программы в Германии, не проверив их наличие).
Отсутствие резервного плана (если откажут в визе или стипендии).
Давление извне (родители хотят, чтобы вы учились в США, но вам ближе Канада).

Итог

Устремление учиться за рубежом рождается из смеси амбиций, любопытства и прагматизма. Чтобы оно стало целью:

Чётко сформулируйте, зачем вам это нужно.
Выберите конкретный вуз и программу.
Оцените ресурсы (деньги, язык, время).
Составьте пошаговый план.
Предусмотрите альтернативы.

Если пройдёте эти шаги — желание превратится в реалистичный проект. Удачи!

Источники

+++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++

Пример удачного выбора учёбы за рубежом

История: Анна, 22 года, Россия → Нидерланды.

Цель: получить современное образование в сфере цифровых коммуникаций, поработать в международной компании.

Выбор программы: MSc in Communication and Information Studies (Университет Утрехта).

Почему это удачный выбор:

Соответствие интересам и рынку. Анна с юности вела блог, увлекалась SMM и UX‑исследованиями. Программа объединяла digital‑коммуникации, поведенческую психологию и data‑аналитику — именно то, что ей было нужно.
Языковая доступность. Английский — официальный язык программы; Анна уже имела уровень C1, что снизило стресс адаптации.
Финансовая устойчивость. Получила стипендию Holland Scholarship (покрыла 5 000 € из 18 000 € в год). Подрабатывала ассистентом в кампусе (20 часов в неделю).
Карьерные перспективы. Вуз сотрудничал с компаниями вроде Booking.com и Philips: на 2‑м курсе Анна прошла оплачиваемую стажировку в маркетинговом агентстве в Амстердаме.
Визовая поддержка. После выпуска получила Orientation Year Visa (12 месяцев для поиска работы в Нидерландах).
Социальная адаптация. В кампусе были русскоязычные студенты и клубы по интересам; Анна быстро нашла друзей и ментора.
Результат через 3 года: работает в международной PR‑компании в Гааге, оформила ВНЖ, планирует подать на ПМЖ.

Ключевые факторы успеха:

осознанный выбор программы;
финансовая подготовка + стипендия;
раннее погружение в профессиональную среду;
поддержка вуза и сообщества.

Пример неудачного выбора учёбы за рубежом

История: Дмитрий, 24 года, Россия → США.

Цель: «получить диплом американского вуза, чтобы зарабатывать больше».

Выбор программы: бакалавриат по бизнес‑администрированию в небольшом частном университете (штат Огайо).

Почему выбор оказался неудачным:

Размытая мотивация. Дмитрий не понимал, чем конкретно хочет заниматься (маркетинг, финансы, управление). Выбрал «универсальную» программу, надеясь, что «всё само сложится».
Финансовые просчёты.
Стоимость обучения — 45 000 $ в год; стипендий не получил.
Брал кредиты; через 2 года сумма долга превысила 90 000 $.
Подработка (официант, курьер) не покрывала даже аренды.
Языковой барьер. Уровень английского был B1; лекции и письменные работы давались тяжело, оценки были низкими.
Изоляция. Университет находился в маленьком городе; Дмитрий чувствовал одиночество, не нашёл единомышленников.
Слабая карьерная поддержка. Вуз не имел сильной сети работодателей; стажировок почти не было.
Визовые сложности. После выпуска не смог найти спонсора для рабочей визы (H‑1B). Пришлось вернуться в Россию с долгами и без опыта.
Разочарование. Полученный диплом не давал конкурентного преимущества на российском рынке; работодатели спрашивали про релевантный опыт, которого не было.

Ключевые ошибки:

выбор вуза «по названию», а не по содержанию программы;
отсутствие финансовой стратегии;
недооценка языкового порога;
игнорирование карьерных перспектив после выпуска.

Что из этого можно вынести

Для удачного сценария:

определите конкретную профессиональную цель;
выбирайте программу, которая закрывает ваши навыки и запросы рынка;
считайте деньги (стоимость + стипендии + подработка);
проверяйте карьерные сервисы вуза и партнёрства с компаниями;
заранее работайте над языком.

Чтобы избежать неудачи:

не выбирайте вуз только из‑за «престижа» или страны;
не берите кредиты без чёткого плана возврата;
не игнорируйте вопросы трудоустройства после выпуска;
ищите отзывы студентов о программе и кампусе.

Ю.Фединский, редактор. Алисп AI.

КУЙДА Евгения и ДУДЧУК Филипп, стартаперы Luka (США)

Информ — Tue, 01 Jul 2025 20:19:07 GMT

Сегодня

11 мин

Фаундеры.ру: истории российских предпринимателей, которые успешно покоряют Кремниевую долину
4 историиТекст: Ирина ЕфремоваФото: Eric Bannasch

20.07.2016

Стартаперы из России рассказали Buro 24/7 о своем опыте здесь и там: о бизнес-инкубаторах, клонах и знакомствах в «большой деревне»

В Сан-Франциско и на прилегающую территорию полуострова эдакий технопуп земли под названием Кремниевая долина продолжают стекаться горящие идеями стартаперы со всего света. Говорят, здесь особая энергетика. А еще ультраконцентрация знаменитых венчурных фондов, бизнес-инкубаторов, акселераторов и уникальная инфраструктура, регулярно создающие компании и технологии, которые меняют мир. Мы поговорили с четырьмя российскими предпринимателями, которые перебрались за последние несколько лет в Долину, о том, как строить бизнес и новую жизнь в месте, где концентрация IQ на квадратный метр и цены этих метров стремятся к бесконечности. Хотя наши герои говорят, что они «люди мира» и в будущем могут оказаться где-то еще, если «там будет такая же движуха». Возможно, когда-нибудь и снова в России…

Евгения Куйда и Филипп Дудчук, Luka
(переехали в Сан-Франциско в 2015 году)

Евгения: Мы изначально не планировали переезжать, но как-то так само получилось. Приехали в Сан-Франциско по приглашению Y Combinator (проект Luka стал первым российским стартапом, попавшим в один из самых известных и успешных бизнес-акселераторов планеты. — Прим. ред.) и поняли, что уезжать уже не стоит.

Подтверждение, что нас приняли, мы получили в конце декабря 2014 года, а уже через пару недель, в январе 2015-го, переехали без особых каких-то сложностей. Разве что страшно дорого и очень непросто искать здесь квартиры. Я приехала на несколько дней раньше Филиппа поискать дом, в котором мы потом полгода жили и работали всей командой из 10 человек, — такой вот у нас тут получился буткемп.

Вообще, попасть в Y Combinator — огромная удача. Помимо возможности пройти трехмесячную программу акселератора, на всю команду выделяется стипендия на проживание, а самое главное — потом помогают с поиском финансирования (недавно стартап привлек $4,4 млн инвестиций. — Прим. ред.). После программы часть ребят все же уехали потом в Москву, остальные сняли себе отдельное жилье, а у Luka появился отдельный офис.

Филипп: Я позвонил родителям и сказал, что поработаю какое-то время из Штатов, а там дальше посмотрим, как будет. Уже, кстати, полтора года прошло, а у меня до сих пор такого разговора, что я типа «переехал», ни с кем из друзей или семьи не было. Да и не нужен он, как мне кажется, лучше планировать только на ближайшее время, а дальше смотреть по ситуации. А вещи я запихал в камеру хранения, и они там до сих пор лежат.

Евгения: А у меня вообще вещи в Нью-Йорке остались, и уже 4 года я плачу за их хранение большие деньги. В Нью-Йорке я жила какое-то время, пока училась в бизнес-школе (выбрала пройти там часть моей MBA-программы от London Business School), и очень полюбила этот город. Приехала в 2012 году в Москву на каникулы, думая, что потом сразу вернусь в Нью-Йорк и останусь там. А в итоге московские каникулы переросли в разные проекты: позвал поработать над рядом проектов Сергей Адоньев (основатель Yota). Над одним из них — проектом по созданию диалогового интерфейса — мы работали вместе с Филиппом. Так началась история с Luka.

Филипп: Я до Luka работал в РИА «Новости» — мы там создали искусственный интеллект (робота), который помогал редакторам анализировать и сортировать новости. Этот опыт пригодился и для Luka — мы сейчас сосредоточены на создании высококачественных ботов с искусственным интеллектом, с которыми действительно интересно поговорить. Уже три года назад, когда мы начали этим заниматься, мы ставили целью быть первой и самой главной компанией на этом рынке. А теперь прогресс по созданию искусственного интеллекта и решения проблем через разговоры с интеллектуальными роботоагентами происходит прямо на наших глазах.

Евгения: Наше приложение Luka — это мессенджер для общения с ботами.
В Luka можно поговорить с друзьями, а можно с ботами, которые решают несколько разных задач для тебя: могут поиграть c тобой в игру, сообщить новости, погоду, помочь найти ресторан или смешную картинку. Но на текущей версии мы не останавливаемся и постоянно экспериментируем, наша задача — найти того бота, с которым люди захотят разговаривать все время.

Несколько экспериментов показали нам, что таким суперботом может стать твой собственный бот, который приносит тебе пользу. Скажем, может ответить на сообщения друзей, когда тебя нет рядом. Запомнить за тебя вещи, которые ты не помнишь. Поэтому мы сейчас запускаем возможность создания своего персонального бота.

Филипп: Любой человек сможет создать свою виртуальную копию в рамках приложения. Подключить к приложению все цифровые следы, которые успел оставить в сети: свои социальные сети (Facebook, Twitter), фотографии и видео. А мы со своей стороны определенным образом обучим наш алгоритм разговаривать твоими словами и о тех вещах, которые тебе интересны.

В итоге ты получишь бот, который сможешь протестировать и выставить, например, в качестве автоответчика или заставить его разговаривать с ботами твоих друзей в нашем приложении. Нам кажется, что из этого опыта мы узнаем очень много интересного, — будем исследовать, что люди хотят делать с этим.

Евгения: Вообще, оказалось, что мы решаем задачу, которую хотят решать все. Сейчас все крупные игроки рынка: Facebook, Apple, Google, Microsoft — озвучили такие мессенджеры в качестве стратегического пути развития. Но пока никто, похоже, не знает, как будет выглядеть тот искусственный интеллект, с которым люди действительно захотят разговаривать. Мы — супераутсайдеры, которые пришли в область технологий из медиа, и мы просто любим рассказывать истории и мыслим наперед, гораздо дальше от текущей реальности. Именно поэтому, как мне кажется, у нас есть возможность выиграть эту игру, в которую играют (пусть даже и крупнейшие) технари.

И года через три так мы представляем себя на большой красивой лодке, где мы в белых одеждах пляшем и празднуем наш выход на биржу (IPO).

Это у нас уже распланировано — прямо-таки программу и приглашение можем уже выслать, только без конкретной даты. Но если серьезно (хотя про лодку все тоже серьезно!), то нашего проекта уже не было бы, скорее всего, если бы мы остались в Москве. А мы бы, наверное, работали бы на каких-нибудь работах.

Сделать всемирно успешный стартап из Москвы — задача практически невозможная. И здесь-то непонятно, как его сделать успешным, а если еще как в Москве обложить себя набором всяких препятствий, то и так небольшие шансы падают. Вообще, всем технологическим компаниям, я считаю, нужно быть здесь, иначе окажешься полностью выброшенным из контекста и экосистемы и будешь узнавать все новости последним. С тобой никто не будет знаком, и ты не получишь доступ к каким-то платформам, которые тебе важны, — получается такая небольшая закрытая мафия здесь.

Y Combinator, безусловно, открыл нам все двери, которые мы не знали, как открыть из Москвы. Инвесторы тоже здесь оказывают нам максимально возможную поддержку.
Кроме того, нет ничего круче, чем приехать сюда в статусе основателей стартапа, так как здесь тебя оценивают именно по тому, сколько стоит твоя мечта.

Если ты перестал мечтать, то неважно, сколько у тебя денег, — ты ничего не стоишь, кроме того, что у тебя уже есть. Но если ты предприниматель, который носится с идеей о том, например, как побороть рак, у тебя есть команда с горящими глазами и какое-то количество ресурсов это делать, то ты стоишь всех денег на земле.

Филипп: В Москве у нас, возможно, были чуть более хорошие бытовые условия, машины и квартиры. А сейчас мы снимаем квартиры с другими людьми, но статус у нас неожиданно вырос до самого желанного.

Евгения: В Москве, помимо всего прочего, была еще и определенная жизнь, которая включала в себя встречи с очень интересными людьми (Евгения Куйда ранее была шеф-редактором журнала «Афиша» и известным ресторанным критиком. — Прим. ред.).

Но отчаянный русский характер и страна, которая закончилась пару раз перед глазами, дают возможность рисковать и двигаться вперед, придумывать идеи, которые кажутся абсолютно безумными, а на самом деле — прогрессивными.

В итоге почти все мои близкие друзья оказались здесь. А остальные находятся в каком-то промежуточном состоянии, и не так сложно их уговорить оказаться поближе. Постоянно переезжают сюда какие-то знакомые — так получилось, что я снимаю квартиру, где есть дополнительная комната. Так вот, это такой перевалочный пункт, в котором постоянно останавливаются какие-то люди из Москвы, которые потом остаются здесь жить. Когда идет такая волна иммиграции, это уже кажется естественным выбором — странно, что кто-то остается.

Здесь очень интересно сейчас находиться. Как мне кажется, Сан-Франциско сейчас похож на Москву 90-х по уровню энергии и ощущению бесконечного будущего. Сам город и Кремниевая долина — достаточно небольшие, но с огромным количеством денег и экшена, постоянных перемен, которые оказывают влияние потом на весь мир. Всегда же хочется находиться в месте, где происходит такое движение! В Москве наверняка в какое-то ближайшее время это тоже снова случится, и тогда снова захочется быть в Москве. У меня, кстати, есть и большой интересный план про Россию тоже, но это на потом.

Филипп: Квартиры здесь, конечно, остаются самой большой тратой и повсеместной головной болью для всех, кто приезжает. Бездомных людей очень много. Но в целом все очень удобно и для людей — мы за полтора года уже привыкли.

Жизнь сейчас тесно переплетается с работой. Даже те друзья, с которыми общаешься за пределами команды, все равно в итоге рассказывают про свой проект, расспрашивают про твой или обсуждают проекты, имеющие к работе отношение. И Женя постоянно генерирует сигналы, энергию, вопросы, на которые нужно отвечать. Я всех собираю на утренний звонок — обсуждаем с командой текущие планы на день. Потом остаток утренних часов я общаюсь с московским офисом, пока еще ребята там работают. А вечером, часов в 7—8, заканчиваю работать. Хотя в выходные тоже один из дней, скорее всего, будет посвящен работе.

Евгения: А у меня рабочий день менее структурирован, но есть ощущение, что работаю практически 24 часа, потому как постоянно думаю про проект в любом случае. При этом редко складывается так, что я целый день нахожусь в офисе. Больше всего пользы я приношу компании, общаясь с внешними партнерами, потенциальными инвесторами, прессой, сотрудниками, занимаясь планированием, организационными делами и финансами. Поэтому обычно я хожу на встречи, которые занимают много времени, веду разговоры со всеми на земле, часто какие-то звонки провожу из дома — с учетом офиса в Москве что-то приходится делать ночью или рано утром.

У меня тут появилась стая подруг-американок с разными интересными корнями — очень веселые и смешные. Я с ними выхожу на бранчи-ужины пообщаться и обсудить женские темы. Полно друзей среди основателей стартапов. Просто много интересных людей в окружении, которые занимаются похожими вещами и стали достаточно близкими здесь друзьями. А еще я много времени провожу с инвесторами, которые тоже постоянно подсовывают какие-то интересные знакомства.

Так что приходишь куда-то, а там как в Москве в баре «Симачев»: все те же 15 знакомых лиц, — очень приятно, что мы уже так обросли здесь классными знакомствами. Просто Сан-Франциско действительно маленький город, и со всеми, кто в этой отрасли, уж за год ты перезнакомишься точно, если, конечно, не сидел дома. Но в целом то, что у нас с Филиппом так быстро получилось во все интегрироваться, — огромное везение!

Филипп: Повезло и с Y Combinator, и с таймингом — оказались здесь в правильное время и с важной темой. А еще с обстоятельствами в Москве и жизненными историями — переезд оказался нам нужным и правильным. Некоторым сотрудникам, например, которых мы перевезли, уже сложнее было адаптироваться первое время из-за того, что у них, возможно, другая личная история. Есть у нас и знакомые, которые переезжают и чувствуют себя здесь совсем некомфортно и плохо.

Евгения: Иммиграция вообще — это огромный стресс для организма и психологии, не нужно это недооценивать. Я никого и никогда не призываю на это идти и куда-то переезжать. Но уж если собрались, то самое главное — помнить, что у всех здесь все обычно получается. Но только после того, как мы снимаем с себя эту московскую грандиозность и выказываем готовность начать если и не с нуля, то снизу. В Москве все же такая слабая конкуренция, что и в 20 лет можно стать начальником всего на свете, после чего уже кажется, что тут как будто нужно спуститься на ступеньку ниже.

Я вижу многих людей, которых ломает этот город и которые не готовы сказать «мы ничего не знаем на самом деле, у нас это первая компания, расскажите нам, как тут все делается, и мы будем пытаться делать так, как вы скажете».

Хотя на самом деле, если начать с низшей точки и принять правила игры, то добраться обратно до желаемого уровня можно очень быстро. Просто нужно быть ко всему восприимчивым, узнавать разных людей и не смотреть на все сверху вниз, ожидая, что тебя сейчас все завалят интересными предложениями и Элон Маск (основатель Tesla, одной из самых инновационных компаний в мире, расположенных в Долине. — Прим. ред.) позовет работать начальником инновационных решений.

https://www.buro247.ru/business/technologies/1-faundery-ru-istorii-rossiyskikh-predprinimateley.html

Фостер Людмила Александровна, филолог (США)

Информ — Sat, 28 Jun 2025 07:09:28 GMT

ФОСТЕР Людмила Александровна (Колесникова), бывший председатель Вашингтонского представительства Конгресса русских американцев (США)

Вчера

18 мин

Людмила Александровна Фостер

Пришла очередная печальная весть: 14 ноября 2015 года в Вашингтоне на 84-м году жизни скончалась Людмила Александровна Фостер (урожденная Колесникова) — известный филолог, общественный деятель Русской Америки. Она принадлежала ко «второй волне» эмиграции, оказавшись на чужбине еще в подростковом возрасте и в статусе «перемещенного лица». После пяти лет пребывания в Австрии и Германии, в 1950 году Людмила Александровна приехала в США, где получила блестящее образование (диплом Гарвардского университета). В 1970 году она стала доктором филологии.

Ее двухтомный труд «Библиография русской зарубежной литературы 1918–1968» (Бостон, 1970) знаком всем исследователям эмиграции. П.Е.Ковалевский в своем хрестоматийном обзоре «Зарубежная Россия. История и культурно-просветительная работа русского зарубежья за полвека (1920–1970)», уделяя книге Л.А.Фостер особое внимание, пишет: «В результате этого труда появилось… единственное в своем роде и исключительно ценное издание, имеющее 1247 страниц и показывающее насколько широка была литературная и издательская деятельность Зарубежья…»

Конечно, с тех пор знания об издательском и литературном наследии Зарубежной России существенно расширились, но это никак не умаляет значения той базы, которая была заложена в том числе и Людмилой Фостер.

В 1974–1988 годах Людмила Александровна вела цикл передач «Книги и люди» на радиостанции «Голос Америки». Работала в Информационном агентстве США (USIA) администратором по обмену представителями с Российской Федерацией. Много лет состояла членом Главного правления Конгресса русских американцев и директором его Вашингтонского представительства, входила в Русскую академическую группу и другие объединения эмиграции. Организовала ряд сессий, посвященных русской зарубежной литературе, для славистов в США и в Канаде.

Особое внимание в своей деятельности Л.А.Фостер уделяла развитию сотрудничества с посольством России и Российским культурным центром в Вашингтоне, и, безусловно, с научно-просветительскими и культурными центрами, вузами, общественными организациями в самой России. В ноябре 1995 года в качестве представителя КРА участвовала в парламентских слушаниях в Москве, посвященных русским сообществам за рубежом.

Неоднократно бывая на родине, она посещала и Дом русского зарубежья, выступала перед сотрудниками, делилась своими проектами, передавала в фонды редкие издания зарубежья.

http://www.bfrz.ru/?mod=news&id=2261&ysclid=mceedg9elz998902210

+++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++

В феврале 2011 г. в Нью-Йорке в издании Русско-Американского
Культурного Центра «Наследие» тиражом в одну тыс. экз. вышла книга
«Русские в США. Общественные организации русской эмиграции в XX–
XXI вв.». Её открывают обращения к читателям министра иностранных
дел РФ С. Лаврова, посла РФ в США С. Кисляка и Архиепископа РПЦ
Юстиниана.
Книга основана, главным образом, на первоисточниках: документах и архивах российских дипломатических представительств в США,
Фонда Русский мир, ряде справочников с более-менее узкой тематикой,
как например «Справочник американских организаций, созданных изгнанниками из СССР» (1952 г.), а также современных изданий, как наФОСТЕР Людмила Александровна, Ph.D. Гарвардского университета, бывший председатель Вашингтонского представительства Конгресса русских американцев (г. Вашингтон, США)
1 Russians in the USA Organizations of Russian Emigration in XX-XXI Centuries Coauthored by Dr. Alexander B. Ruchkin and Dr. Olga S. Zatsepina with Editing by Nellya K.
Murnova Published by RACH-C Press, New York City, USA with the support of the Russian
Government Committee on Compatriots Abroad. 2011. 238 р (Зацепина О.С., Ручкин А.Б.,
«Русские в США. Общественные организации русской эмиграции в ХХ – XXI вв.». НьюЙорк, 2011. 238 с., ил.)

Фостер Л.А.
Foster L.A.

Книга-справочник о русских организациях в Америке1
Book Directory of Russian Organizations in America
Статья представляет собой рецензию на книгу президента Центра
«Наследие» (Нью-Йорк), к.ф.н., доцента МГУ Зацепиной О.С. и директора Центра образования и культуры «Гринт» (Москва), д.и.н. Ручкина А.Б.
Впервые в истории изучения русской эмиграции в США рассмотрены формы и методы работы многоуровневой системы российских общественных
организаций, созданных в Америке в XX – начале XXI веков представителями всех миграционных волн.
Ключевые слова: США, русская эмиграция, организации русских
эмигрантов, рецензия

The article is a review of the book, the president of the Center «Heritage»
(New York) Ph.D., assistant professor of Moscow State University Zatsepina
O.S. and Director, Center for Education and Culture, «Grint» (Moscow), Dr
Ruchkin, A.B. For the first time in the history of the study of Russian emigrants
in the United States examined the forms and methods of multi-level Russian
civil society organizations, created in America in the XX – early XXI centuries,
representatives of all the waves of migration.
Key words: United States, Russian emigration, organization of Russian
immigrants, a review
В феврале 2011 г. в Нью-Йорке в издании Русско-Американского
Культурного Центра «Наследие» тиражом в одну тыс. экз. вышла книга
«Русские в США. Общественные организации русской эмиграции в XX–
XXI вв.». Её открывают обращения к читателям министра иностранных
дел РФ С. Лаврова, посла РФ в США С. Кисляка и Архиепископа РПЦ
Юстиниана.
Книга основана, главным образом, на первоисточниках: документах и архивах российских дипломатических представительств в США,
Фонда Русский мир, ряде справочников с более-менее узкой тематикой,
как например «Справочник американских организаций, созданных изгнанниками из СССР» (1952 г.), а также современных изданий, как на

ФОСТЕР Людмила Александровна, Ph.D. Гарвардского университета, бывший председатель Вашингтонского представительства Конгресса русских американцев (г. Вашингтон, США)

--------------------------

1 Russians in the USA Organizations of Russian Emigration in XX-XXI Centuries Coauthored by Dr. Alexander B. Ruchkin and Dr. Olga S. Zatsepina with Editing by Nellya K.
Murnova Published by RACH-C Press, New York City, USA with the support of the Russian
Government Committee on Compatriots Abroad. 2011. 238 р (Зацепина О.С., Ручкин А.Б.,
«Русские в США. Общественные организации русской эмиграции в ХХ – XXI вв.». НьюЙорк, 2011. 238 с., ил.)

пример «Русскоязычное сообщество Северной Америки: культура и просвещение» (AARCE). Кроме того, существующим ныне организациям
были разосланы oпросники, а с членами их – по возможности – проводились интервью. (Список использованной литературы и список организаций приводятся в конце книги). По полученным сведениям авторами
делались выводы. Так что, простой компиляцией материалов книгу назвать никак нельзя.
Насколько мне известно, такого многопланового исследования
русских эмигрантских организаций ранее не было. Прекрасный биографический словарь «Русские в Северной Америке», составленный проф.
Е.А. Александровым и вышедший в 2005 г. в СПб, приводит сведения о
жизни и деятельности русских людей в США и Канаде, начиная с VIII в.
Моя «Библиография русской зарубежной литературы, 1918-1968 гг.» (в
двух томах) ограничивается лишь беллетристикой и воспоминаниями.
Были и более поздние библиографические издания, некоторые с аннотациями. Были также воспоминания или описания отдельных организаций, например воспоминания Марка Вишняка о «Новом журнале». В
2006 г. в Москве вышел прекрасный фотоальбом Татьяны Таболиной,
д.и.н., сотрудника Российской академии наук «Святыни русского Зарубежья в США» (254 с.) Однако он ограничен церковным наследием и
организациями, связанными с церковью. Столь подробной работы, как
данная книга о целом ряде организаций и СМИ ещё не было. И это делает книгу уникальной и особенно ценной.
Текст книги организован по хронологическому принципу, начиная
с дореволюционных организаций, созданных «первой волной» в послереволюционные годы и во время Второй мировой войны; организаций
послевоенной «второй волны»; массовой эмиграцией 1970–1980-х гг. и,
наконец, уже постсоветской эмиграцией, т.н. «четвёртой волной». (Авторы, правда, считают дореволюционную эмиграцию волной «первой», что
делает волну 1990 – 2000-х гг. «пятой». Они также отмечают, что между
первыми двумя и двумя новейшими волнами не состоялось значительного слияния).
Несомненно, в работу такого масштаба зачастую вкрадываются
пропуски, ошибочные заключения или пристрастия в ответах опрошенных. Поэтому авторы собираются подготовить второе издание книги. Добавлю, что для меня лично чтение книги неимоверно затруднялось её
вёрсткой – переворачиваешь страницу, а книга закрывается и приходится корешок чуть ли не рвать! Но это уже не проблема авторов.
****

Первую, основную, часть книги открывает исторический обзор
русской диаспоры в США в XX в. Обозначенный «кратким», он, тем не
менее, весьма информативный. Авторы считают, что США стали после
Второй мировой войны ведущим центром российской диаспоры, хотя из
почти трёх миллионов выходцев из России сегодня по-русски говорят в
семьях не более 700 тыс. человек. А это, на их взгляд, является результатом более распространённой адаптации второго поколения всех волн
в американское общество.
Первая часть посвящена организациям, созданным или продолжавшим свою работу в период между двумя войнами и действующими
и поныне. Этот список открывает история Православной Церкви (всех
трёх юрисдикций), начиная с времён освоения Аляски по планам Петра Первого и вплоть до частичного слияния Церкви Зарубежной с Московским Патриархатом в 2007 г. Особо подчёркивается роль Церкви в
благотворительной и просветительской деятельности, а также её роль в

Основная часть книги посвящена светским организациям, начиная с объединений для взаимопомощи среди трудовой миграции ещё до
революции. А когда в США было допущено ограниченное количество послереволюционных беженцев, они также начали создавать различные
организации взаимопомощи, хотя, как подчёркивают авторы, слияния
этих двух групп не произошло.
Членство, цели и местонахождения этих, новых тогда, организаций
весьма разнообразны. Однако общим знаменателем являлось полное
неприятие советской власти и коммунизма, а также благотворительная
работа. Своего рода «хронологическим Рубиконом» стал распад СССР,
после чего деятельность русских организаций в Америке, преимущественно благотворительная, началась в Российской Федерации.
Перечислим некоторые русские организации в США, характеристика которых дана в книге. Фарма РОВА была основана путём объединения нескольких обществ взаимопомощи в 1926 г. Позже, в загородной
местности Нью-Йорка было создано место летнего отдыха для детей и
взрослых. Обьединение кадет первоначально было создано в Югославии
в 1922 г., а после войны переехало в США. Русское дворянское собрание
в Америке появилось в конце 1930-х гг. с целью сохранить для новых поколений традиции российского дворянства и передать потомкам русское
историческое и культурное наследие. После 1991 г. члены Общества,
либо их дети, начали работать в России: пересылать семейные архивы,
сотрудничать в серии фильмов «Русские без России». Члены Собрания
способствовали в перезахоронении останков ген. А. Деникина и философа И. Ильина, установили Стипендиальный Фонд для помощи студентам в РФ, по сей день оказывают помощь детским приютам в РФ. Собрание также помогает различным организациям в Америке: скаутскому
лагерю или Дому для престарелых в штате Нью-Йорк, Музею казаков,
Свято-Троицкой семинарии.
Организация русских скаутов за рубежом была первоначально
создана в Константинополе уже в 1920 г. В 1923 г. в Москве состоялся
последний скаутский съезд (добавлю от себя, что большинство скаутов
и скаутмастеры были тогда же сосланы на Соловки). Американское отделение открылось в 1924 г. После распада СССР скауты участвовали в
возрождении скаутизма в России.
Среди иных старейших русских организаций в США является
Общество помощи русским детям, основанное в 1926 г. в Нью-Йорке.
Толстовкий Фонд, созданный Александрой Львовной Толстой в 1939 г.
в Нью-Йорке и занимавшийся вначале помощью послереволюционным
беженцам, и не только в Америке. После Второй мировой войны Фонд
развернул широкомасштабное содействие переезду русских «ди пи» из
Германии и из других стран Европы. Музей русской культуры в СанФранциско был открыт после Войны, в 1949 г., «когда архивы, созданные
русской эмиграцией в Европе и на Дальнем Востоке, по разным причинам прекратили своё существование» – пишут авторы книги. Основате

ли боялись, что эти хранилища могут повторить судьбу Пражского Архива, вывезенного в СССР после окончания войны. Устав предусматривал,
что бесценные материалы и документы могут вернуться в Россию только
после падения коммунистической власти. В 2004 г. более 650 коробок
были переданы в ГАРФ в Москве.
Вот – только некоторые из старейших организаций русских в Америке. Каждой посвящено обстоятельное описание их возникновения и
работы, основанное на различных источниках: материалах и публикациях, архивах, интервью с нынешними членами, личных посещениях.
Авторы книги дают каждой организации беспристрастную оценку.
Общим знаменателем всех этих организаций, почти без исключения, является благотворительная деятельность, сначала в США, а с
1991 г. и на Родине. Ввиду того, что ни одна из этих организаций не получала помощи, или даже моральной поддержки, от американского правительства, помощь соотечественникам основывалась на сборах средств,
дотациях частных лиц, благотворительных мероприятиях.
****
Следует упомянуть и о главе, посвящённой русскоязычным СМИ в
Америке. В дореволюционные годы издавался ряд газет с информацией,
представляющей интерес для рабочих мигрантов из Российской Империи. В середине 1920-х гг. в США выходило 26 газет, а к концу 1930-х
гг. их осталось лишь четыре. Сообщается вкратце также и о церковных
изданиях. В 1910 г. в Нью-Йорке вышел первый номер газеты «Русское
слово». К началу Первой мировой войны «Русское слово» стало первой
русской ежедневной газетой в Америке – пишут авторы книги. Однако после революций 1917 г. в России эта газета стала терять влияние и
подписчиков из-за своего неприятия советской власти. Поэтому в 1922 г.
её владелец Виктор Шимкин, и главный редактор Марк Вейнбаум создали новую корпорацию, переименовав газету в «Новое русское слово»
(НРС), с чётко выраженной антикоммунистической направленностью. С
середины 1970-х гг. редактором стал Андрей Седых, известный во Франции журналист, эмигрировавший в Америку во время войны. В 1988 г.
главным редактором и владельцем газеты являлся Валерий Вайнберг,
проработавший там более полувека. В течение многих десятилетий НРС
было основным органом русской эмиграции в Америке. И только 10
апреля 2009 г. газета была вынуждена закрыться. (По-моему, это произошло из-за конкуренции с огромным количеством газет, появившихся
в Америке в связи с новыми волнами эмиграции. Однако авторы книги
об этом не говорят).
Самый долговечный «толстый журнал» русского Зарубежья, ньюйоркский «Новый журнал», был основан в 1942 г. бежавшими от нацистской оккупации Парижа писателями Марком Алдановым и Михаилом
Цетлиным. Они оба участвовали в «Современных записках» до их закрытия оккупантами в 1940 г. и на американской земле продолжили
высокие традиции этого издания. В 1940-е гг. в «Новом журнале» печатались очень многие известные русские писатели, поэты, публицисты,
философы. Журнал выходит по сей день и объединяет авторов не только
всех волн эмиграции, но с 1990-х гг. также и авторов из России.
В 1921 г. в Сан-Франциско начала выходить ежедневная газета
«Русская жизнь». История этой газеты, выходящей по сей день, приводится в книге эссе члена её редколлегии Андрея Забегалина. С самого
начала газета уделяет много внимания событиям в Сан-Франциско и
т.н. «китайской эмиграции».

В Нью-Йорке в 1987 г. начал выходить литературный журнал
«Слово», у истоков издания которого стояли Иосиф Бродский и Сергей
Довлатов. Журнал был двуязычный. Главным редактором все эти годы
является Ларисса Шенкер, архитектор по образованию. В нём печатаются, кроме известных литераторов, также авторы из ряда иных профессий, из разных стран российского Рассеяния, а также из России. Авторы
дают высокую оценку как журналу, так и профессиональному уровню
работы г-жи Шенкер.
Следует сказать, что авторы книги весьма положительно отзываются обо всех этих изданиях. Добавлю от себя, что за многие годы знакомства и собственного участия как в НРС, так и в «Новом журнале» мне
было отрадно видеть близкое сотрудничество в них этнических русских и
российских евреев, объединённых неприятием советской власти и стремлением сохранить русскую культуру.
****
В четвёртой части книги приведён целый ряд кратких сообщений
об организациях двух новейших волн российской иммиграции. Сведения
довольно сжатые, поскольку все они ещё новые и не успели полностью
себя реализовать. Так что, на мой взгляд, такая краткость сообщений
вполне оправдана. Большинство из этих организаций занимаются сохранением русской культуры в Америке, зачастую получая гранты или
субсидии из России или даже от американских властей. Лишь некоторые из них занимаются благотворительностью, особенно в России.
В конце книги помещён список организаций и небольшая фотогалерея (20 с.).
****
Что же касается книги в целом, то у меня есть несколько замечаний и пожеланий для возможного второго издания
♦ В США не было «фильтрационных лагерей» для русских эмигрантов (с. 148).
♦ Г-жа К. Воеводская уже много лет не состоит исполнительным директором Толстовского фонда (с. 144).
♦ Автор эссе об истории газеты «Русская жизнь» Андрей Забегалин
является членом редколлегии, а не её главным редактором (с. 213).
♦ Ветераны Советской армии не были вынуждены эмигрировать
после распада СССР. Очень многие приехали с третьей волной, начиная
с 1970-х гг., по закону Джексона-Вэника (с. 234).
♦ В книге не упомянут Народно-трудовой союз (НТС), занимавшийся с 1930-х гг. в США антикоммунистической деятельностью.
♦ Конгресс русских американцев никогда не имел поддержки от
властей США, за исключением гранта «Морской мост» для отправки
контейнеров помощи в РФ (с. 254).
♦ Ежегодные «Форумы России» Эдуарда Лозанского в Вашингтоне не являются «слушаниями» в Конгрессе США, это – конференции со
многими докладчиками на разные темы, связанные с Россией и США (с.
232).
♦ Описывая историю русских организаций в США, авторы высказывают мнение, что отношения между двумя странами в прошлом не
были особенно дружественными (с. 18 и далее). Позволю себе с этим не
согласиться. При царском режиме никогда не было войн между ними.
Напротив, Екатерина Вторая послала флоты к восточному и западному
побережью США во время Войны за независимость, царь Александр Вто

рой, освободивший крепостных, поддерживал Президента Линкольна в
Гражданской войне между штатами, возникшей из-за освобождения ра- бов (не говоря уже о помощи СССР во Второй мировой войне и поставкам
по Ленд-лизу).
♦ В книге приводится количество русских «ди пи», приехавших в
США (с. 28 и далее), однако не упоминается, что многие русские записы- вались жителями иных стран из боязни насильственной репатриации.
Поэтому точных цифр просто нет.
Надеюсь, что эти незначительные неточности будут исправлены в
следующем издании книги. Тем не менее, этот труд уже является ценным «первопроходцем» в истории русских в США. И за это, большое спасибо Ольге Зацепиной и Александру Ручкину.

https://ojkum.ru/arc/lib/2012_02_15.pdf

ТОЛСТАЯ Александра Львовна, дочь писателя Л.Н.Толстого

Информ — Sat, 28 Jun 2025 06:54:04 GMT

ТОЛСТАЯ Александра Львовна, дочь писателя Л.Н.Толстого, основатель Толстовского фонда (США)

2 дня назад

10 мин

Александрой Львовной Толстой

Моя встреча с Александрой Львовной Толстой

/Александра Львовна Толстая ( 1884 — 1979) — общественный деятель, литератор, правозащитник. Отец – граф Л.Н. Толстой.

Мать – Софья Андреевна Толстая/

****

Мы встретились в Нью Йорке в шестидесятых годах. Будучи главой русского отдела в университете Южной Африки в Претории я прилетела в США, чтобы лучше ознакомиться с преподаванием русского языка и литературы в американских университетах. В тот, как оказалось потом, знаменательный для меня день я сидела в кабинете одного из доцентов в русском отделе, который рассказывал мне, как он и многие другие русские были спасены от репатриации после второй мировой войны исключительно благодаря усилиям Александры Львовны и её сотрудников.

«По приезде сюда, я был представлен Александре Львовне Толстой и первые месяцы, пока не нашлась мне работа по специальности, провел на Толстовской ферме. Какая замечательная женщина! Сколько она сделала добра! Вы с ней не знакомы?».

Александра Толстая. в отцом в Ясной поляне

«Нет, но я много слышала о ней от моей тёти, которая её хорошо знала и также от настоятеля нашего русского православного прихода в Иоганнесбурге о. архимандрита Алексея. Он даже просил меня передать ей привет, если бы у меня была возможность с ней повидаться».

«Так чего ж вы ждёте? Ведь штаб-квартира Толстовского Фонда в Нью Йорке и Александра Львовна почти всегда здесь. Отчего вам не позвонить ей сразу же?». И не давая мне времени одуматься, он набрал номер телефона и передал мне трубку.

Адрес фонда: Tolstoy Foundation ® • 104 Lake Road • Valley Cottage, NY 10989

«Кто говорит?» — спросил не очень дружелюбный голос, по- английски. Я назвалась по-русски.

«Что вы хотите?». «Я хотела бы свиданья с Александрой Львовной». «С какой целью? Вы журналистка или собираетесь обратиться к ней с просьбой о материальной помощи?»

«Ни то ни другое. Я преподаю в университете в Южной Африке, где и живу и просто очень хотела бы с ней познакомиться».

Наступило молчание. Моя собеседница очевидно просматривала записную книжку интервью Александры Львовны. Наконец я вновь услыхала её голос.

«Будьте здесь в четверг, такого-то числа, ровно в четверть третьего. Это будет как раз через три недели».

«Я очень сожалею, но для меня это совершенно невозможно».

«Как так? Александра Львовна очень занята. Многим приходится ждать месяцами. Вам повезло, что мне удалось втиснуть вас и так».

«Я улетаю обратно в Южную Африку завтра».

«Вот как! А когда ж вы собирались повидаться с Александрой Львовной. Уж не сегодня ли?».

«Сегодня для меня единственный возможный день».

«Вы, быть может, воображаете, что дочь Толстого сидит тут только для того, чтобы удовлетворять праздные желания посетителей как вы и принимать их когда это им вздумается!».

«Я только сегодня узнала, что Александра Львовна в Нью Йорке и решила попробовать повидать её. Если так суждено — выйдет, а если нет — значит не судьба!.. Простите, пожалуйста, что я побеспокоила вас». И я собиралась повесить трубку. «Подождите минутку. Я посмотрю, может быть, в виду того что вы издалека и не сможете снова приехать, мне удастся урвать минут десять для вас сегодня».

Я ждала. «Сейчас половина первого. Если вы будете здесь точно в два часа, то сможете побыть десять минут у Александры Львовны — не больше. Предупреждаю вас, таково условие, не больше. Вы должны понять, что — ни ей ни мне, её помощнице, неловко как бы выгонять вас. Я и так делаю вам очень большое одолжение из-за ваших особых обстоятельств. Итак вам всё ясно?».

«Совершенно. Благодарю вас от всей души».

Александра Львовна Толстая

Без двух два я позвонила в 989 Восьмой авеню. Молодая машинистка повела меня к сотруднице Т.А. Шауфусс. «Ну, по крайней мере, Вы хоть точно вовремя пришли, помните, что я вам сказала».

Голос её звучал более милостиво и она направилась к двери кабинета Александры Львовны. Постучав и получив ответ, она открыла дверь, пропустила меня вперёд и ушла.

Я стояла на пороге светлой, не очень большой комнаты. Слева от входа, насколько я помню, было несколько стульев. Справа же поперёк задней части кабинета стоял объёмистый письменный стол. За ним сидела младшая дочь Толстого, поразительно похожая на портреты своего отца. Те же неправильные черты лица, высокий лоб и проницательные голубые глаза. Брови её были слегка сдвинуты. Она не пригласила меня сесть, а, взглянув вопросительно на меня, сказала: «Что вам угодно?»

«Вам шлёт привет настоятель нашей русской Зарубежной церкви в Южной Африке о. архимандрит Алексей, который давно вас знает».

«Я не знаю никакого отца архимандрита Алексея», — ответила Александра Львовна слегка высокомерно (позднее я узнала, что она знала его до пострига в монахи под именем Александра).

В тот момент мне стало ясно, что она подумала, что это просто предлог с моей стороны, чтобы, быть может, хвастнуть потом, что я познакомилась с дочерью Толстого. Она пристально смотрела на меня и мне казалось, что я читаю её мысли. — «Ну, повидала дочь Толстого и довольно с тебя». Было очевидно, что она ждала, чтобы я откланялась. И двух минут было довольно для какой-то самозванки.

Но вместе того, чтобы выйти, я закрыла дверь и, сделав шаг вперёд, сказала ей. «Есть еще другая причина, почему я хотела познакомиться с вами».

«Какая же это?» — спросила она, чуть-чуть надменно.

«Моя тётя рассказывала мне много о вас. Вы были вместе с ней в тюрьме после революции».

Она не двинулась с места, но выражение её лица изменилось. Она смотрела теперь с глубоким вниманием.

«Вы говорите, я была с ней в тюрьме? Как звали вашу тётю?»

«Тамара Каульбарс».

»Тамара Каульбарс? — повторила она. — Ваша тётя? Неужели?»

Я наклонила голову. Александра Львовна вскочила с своего места, бросилась вдруг ко мне и, тряхнув меня за плечи, заговорила скороговоркой…

«Где она, ваша тётя теперь? Узнав, что ей также удалось выехать за границу, я пробовала её найти, писала ей, предлагала сразу же послать ей аффидэвит, но никогда не получила ответа…. Вы знаете, кто она такая, ваша тётя? — я молчала. — Это святая женщина! Где она сейчас? Почему вы сразу не сказали, что вы её племянница?».

Александра Львовна усадила меня на стул и села рядом.

«Говорите скорее. Не держите меня в неизвестности».

«Тётя Тамара ослепла уже несколько лет тому назад и скончалась в одном доме для престарелых под Парижем».

Весь пыл нетерпения покинул Александру Львовну. Она перекрестилась и тихо произнесла: «Я опоздала, сбылась воля Господня. Да упокоит Он светлую душу её…» Она молчала некоторое время и затем снова обратилась ко мне.

«Отчего вы не обратились ко мне раньше, хоть бы написали. Я сделала бы что угодно для неё».

«Потому что это было бы против воли тёти. Она верила в милость Божию, жила для других и ничего не искала для себя».

«Да, это правда. Такой она была уже в тюрьме. Такие люди, как она, не меняются». Она глубоко вздохнула.

В этот момент приоткрылась дверь и сотрудница Александры Львовны грозно взглянула на меня, указывая на свои часы. Дочь Толстого сделала ей знак не тревожить её. Дверь бесшумно закрылась.

Долго сидела Александра Львовна, смотря куда-то вдаль, и наконец снова заговорила.

«Вы были еще ребенком и не можете помнить всех ужасов революции и гражданской войны. Вы не можете себе вообразить, что представляли из себя советские тюрьмы уже в то, ныне далёкое, время. Политических якобы преступниц, вроде вашей тёти и меня, сажали вместе с уголовными и проститутками. Мы не имели никаких прав. Озлобленные против «буржуек» они отнимали у нас теплую одежду зимой, нашу жалкую пищу и насмехались над нами, поощряемые в этом нашими охранниками. То были, главным образом, озверелые парни, но бывали среди них еще такие, которым стыдно было выслушивать неприличные предложения и видеть циничные жесты таких, тоже потерявших всякий стыд, беснующихся, ожесточенных женщин.

Александра Львовна Толстая

Каждый день прибывало всё больше заключенных. Не хватало мест. Многих отсылали в другие тюрьмы, в провинцию, со временем в лагеря. Но был еще более простой способ. На перекличке вызывали одних с вещами, других без вещей. Последнее значило расстрел. В расход брали только политических и никогда никто не знал, когда наступит его черёд…

То был своего рода ад. Физические лишения: голод, холод и так далее не были самым страшным — даже не страх смерти, которая сторожила нас и витала вокруг, но явилась бы своего рода избавлением. Самое страшное было потерять свой подлинный человеческий облик.

Казалось не было никакого выхода, и я даже думала о самоубийстве, хотя знала, веря в Бога, что такой исход был соблазном и что надо бороться с этим искушением.

И вот однажды, когда я была на грани отчаяния и стояла одна в толпе чуждых других, ко мне подошла довольно моложавая с виду, рыжеволосая женщина. Она протянула руку мне, говоря: «Я знаю, кто вы. Меня зовут Тамара Каульбарс. Я знаю, что у вас в мыслях и на душе. Я сама прошла через то же и вот хочу вам сказать только одно: если полностью довериться воле Божьей и Его милосердию, то может все быть хорошо, где бы вы ни были, что бы ни сделали с вами. Веруя, всё можно перенести». Говоря это, она смотрела мне прямо в глаза. Я почувствовала прилив новых сил и какую-то благодать, которая через неё нисходила и в меня…

Эта встреча была началом нового восприятия всего происходящего вокруг и во мне самой… Наши нары были рядом. Падая в изнеможении на наши мешки, набитые сбившейся соломой, после изнуряющего весь организм в нечеловеческих условиях рабочего дня, мы делились всем, что было на душе… Да, то были подлинно проблески во тьме…».

Дверь снова приоткрылась.

«Спасибо, я знаю, который час, но, пожалуйста, не тревожьте меня пока. Тут особые обстоятельства». Дверь закрылась.

«Как странно, — продолжала Александра Львовна, — если бы вы не упомянули имени вашей тёти, то у нас с вами не было бы и встречи. Меня посешают не только нуждающиеся в помощи, для которых я готова сделать что могу, но и просто любопытные из-за моего отца, а потом часто пишут обо мне статьи и рассказывают всякие небылицы… Эта встреча сегодня погружает меня вновь в былое, так далеко отошедшее как будто, но подсознательно всегда живущее своей обособленной жизнью в недрах моего я…».

Она стала говорить о себе, о своём беспокойстве о будущем Толстовского Фонда, о перспективах и будущности русских беженцев в рассеянии, о смысле всех пережитых испытаний на родине и на чужбине… Я сидела молча, слушая её. Мне казалось, что она забыла обо мне вообще и делилась всем теперь вслух с моей покойной тётей. То было излияние благородного русского сердца…

Где-то пробило пять часов.

«Дорогая Александра Львовна, у меня свидание с одним профессором в четверть шестого. Я не знаю его лично и не могу опоздать. Простите меня. Мне так не хочется уходить от вас…».

Она быстро поднялась. Я последовала её примеру. Мы стояли друг против друга. Она мягко положила руки на мои плечи говоря: «Вы живете в Южной Африке. Это на краю света от нас. Когда-то во время англо-бурской войны мой отец и все мы в Ясной Поляне читали все донесения с театра военных действий в Южно-Африканских республиках. Русские симпатии были на стороне жертв агрессии — буров. Всё это было давным давно… Там наверно всё совершенно иначе теперь. Это ведь независимая страна… Время от времени мы читаем о беспорядках, даже мятежах среди вашего не белого населения… Вы не боитесь возвращаться туда? Разве это необходимо для вас? Вам легко можно было бы устроиться и здесь».

«Я вышла замуж за южноафриканца английского происхождения. У меня семья там. Это теперь как бы моя страна».

«Я понимаю всё это, но не тревожит ли вас мысль, что ваши менее цивилизованные жители из чернокожих могут решить отделаться от своих белых покровителей и, зажарив их на сковородках, полакомиться ими?».

Я только улыбнулась. Что я могла сказать ей в ответ?

«Да, — добавила она задумчиво, — у каждого из нас свой жизненный путь, только никто из нас не знает, что ждёт его впереди… «.

Затем она добавила снова, как бы придя в себя.

«Я не хочу, чтобы вы опоздали из-за меня, но хочу попросить вас пообещать мне что-то».

«Если это возможно».

«Вполне. Если там у вас разгорятся страсти и наступит опасность для жизни, пожалуйста, тотчас же пришлите мне телеграмму. Я же, получив её, пошлю вам аффидэвит на вас и вашу семью для въезда сюда. Имя Толстого всё же значит что-то еще в некоторых местах!».

Александра Львовна перекрестила меня, обняла, поцеловала и, подтолкнув слегка, направила к двери. Последние её слова были: «Сохрани вас Господь и Его пресвятая Матерь от всякого зла».

Я никогда больше не встречалась с Александрой Львовной. Когда я еще два раза прилетала в США, я не сообщила ей об этом. Встреча с ней была такой благодатной, как бы даром свыше, что я хотела сохранить ее во всей её цельности в моей памяти.

Позже я послала ей описание моей поездки в Россию с повествованием о встречах с людьми и о посещении разных церквей. То были люди, которые, несмотря на преследования, не только не потеряли, но углубили свою веру в Бога и Его промысел.

В ответ я получила очень сердечное письмо от Александры Львовны, хорошо помнившей нашу встречу. Теперь, когда она отошла в иной мир, это письмо, которое я сохранила, стало мне еще дороже.

*****

Автор: Елизавета Фокскрофт, 1979. Опубликовано в Новом журнале. № 138, 1980

https://muzeemania.ru/2021/02/18/aleksandra-tolstaya/

С подпиской рекламы не будет

Подключите Дзен Про за 159 ₽ в месяц

Комментарии

Дорошин Пётр Петрович. Русский инженер в Америке

Информ — Sat, 28 Jun 2025 06:44:24 GMT

Дорошин, Пётр Петрович

трр ПетровичМатериал из Википедии — свободной энциклопедии

Место рождения

Петрозаводск, Российская империя

Дата смерти20 февраля (4 марта) 1875

Место смерти

Санкт-Петербург, Российская империя

Пётр Петрович Дорошин (1823, Петрозаводск — 20 февраля [4 марта] 1875, Санкт-Петербург) — российский горный инженер, исследователь Аляски, автор научных трудов. Действительный статский советник (1871), один из первооткрывателей золота на Аляске[1

Биография Родился в семье шихтмейстера. Окончил Олонецкую мужскую гимназию. После окончания Института Корпуса горных инженеров в 1845 г. был направлен в Нерчинский горный округ.

1 февраля 1847 г. направлен на поиски строительного сырья и каменного угля в Русскую Америку. В апреле 1848 г. с рабочими, нанятыми Российско-Американской компанией на судне «Атха» прибыл в Ново-Архангельск.

В 1848 и 1850 гг. на пароходе «Николай I» совершал плавания в Северные Колошенские проливы для поиска строительных материалов.

В 1848—1852 гг. на шхуне «Тунгус» обследовал Кенайский залив и остров Кадьяк в поисках каменного угля, обнаружил запасы угля напротив Английской бухты в заливе Угольный, посетил район озера Илямна и реки Накнек на полуострове Аляска, Бристольский залив, селения Катмай, Бельковское и остров Унга.

В декабре 1848 г. направился в Калифорнию на барке «Князь Меншиков» для работы на золотых приисках, где на реке Юбь, притоке Сакраменто, было добыто несколько килограммов золота.

Обнаружил признаки золотоносности на полуострове Кенай, в 1850—1851 гг. вёл там разведку, однако полученные содержания показались администрации колонии слишком низкими, и поиски золота было решено прекратить.

В ходе путешествий по Аляске П. П. Дорошин собрал обширную этнографическую коллекцию (стрелы кенайцев, алеутов, колошей, томагавки, модели байдарок аборигенов, их одежды), которую передал в музей Императорского Русского Географического общества (сейчас хранится в Кунсткамере)[2][3] После продажи Аляски «не мог никогда равнодушно говорить о её продаже».

В июне 1853 г. покинул Русскую Америку.

В 1854 г. участвовал в разведке каменного угля под Тулой, в имении графа Бобринского. Каменноугольная копь под его руководств стала первой, устроенной по всем новейшим правилам техники.

В 1856 г. описал в «Горном журнале» генератор для получения газов из каменного угля.

В 1856—1858 гг. командирован в Германию, Бельгию и Великобританию для изучения новейших способов добывания каменного угля.

В 1858 г. составил первую статистику добычи алмазов на Крестовоздвиженских промыслах.

С 1 июня 1860 г. служил при Главном начальнике Горных заводов Уральского хребта Фёдоре Ивановиче Фелькнере для особых поручений по технической части.

С декабря 1860 г. — назначен управителем Нижнетуринского завода и Гороблагодатских золотых промыслов[4].

С января 1863 г. осуществляет надзор за частными уральскими заводами от Главного горного управления. Управляющий делами Кнауфской горной компании.

С 1865 г. — главный инженер горного округа Московских губерний.

С 1867 г. действительный член Санкт-Петербургского минералогического общества.

2 марта 1868 года назначен состоящим при Управляющем Морским министерством и в Департаменте горных и соляных дел. Изучал месторождения Сербии.

В 1869 г. по приглашению общества «Кавказ и Меркурий» провел исследование месторождений угля на полуострове Мангышлак, описал его в «Горном журнале» в № 1 за 1875 г.

С 1869 г. — член Морского технического комитета для наблюдений за металлургической частью заводов и мастерских Морского министерства[5]

Награды:

Был награждён орденами Святой Анны 3 степени (1861), Святого Станислава 2 степени (1864), Святой Анны 2 степени (1869), Святого Владимира 3 степени (1873) и светло-бронзовой медалью в память войны 1853—1856 гг. на Андреевской ленте (1856).

Чины и звания:

1843 г. — прапорщик;

1844 г. — подпоручик (по окончании курса в младшем офицерском классе Горного института);

1845 г. — поручик (по окончании курса в старшем офицерском классе Горного института);

1850 г. — штабс-капитан;

1855 г. — капитан;

1859 г. — подполковник;

1866 г. — полковник

1868 г. — статский советник (в связи с преобразованием Корпуса горных инженеров в гражданское ведомство получает гражданский чин);

1871 г. — действительный статский советник;

[править | править код]Публикации

Золото в верхней Калифорнии // Горный журнал. 1850, ч. 1 (кн. II), с. 132—162.
Описание генератора для получения газов из мелкого каменного угля // Горный журнал. 1856, ч . IV, с. 67-70.
Северный рудник в Чарково, в Царстве Польском // Горный журнал. 1858, ч . I, с. 519.
Углубление шахты в плавучей породе в Вобже, в Силезии // Горный журнал. 1858, ч .II, с. 112—114.
Перечень заводов и рудников Царства Польского // Горный журнал. 1858, ч .II (кн. IV), с. 174—178.
Число и вес алмазов, найденных с 1830 года, по настоящее время, на Крестовоздвиженских золотых промыслах … // Горный журнал. 1858, ч .IV, с. 397—400.
Несколько сведений о распространении золота в русских северо-американских владениях // Горный журнал. 1866, ч .I (кн. 2), с. 277—282.
Из записок, веденных в Русской Америке // Горный журнал. 1858, ч .I (кн.3), с. 365—400.
Каменный уголь в бывших американских владениях России // Горный журнал. 1868, ч .IV (кн. X), с. 45-57.
О некоторых вулканах, их извержениях и землетрясениях в бывших американских владениях России. — С-Пб, 1869. — 20 с.
Геологические заметки о полуострове Мангышлак // Горный журнал. 1871, кн. I, с. 61-113[6].

Память Имя П. П. Дорошина увековечено в Аляскинском горном Зале Славы.

На Аляске его именем были названы озеро, ледник, небольшой залив озера Скилак и улица в Анкоридже.

Примечания

↑ Дорошин П. П. Некролог // Олонецкие губернские ведомости. 1875. 8 марта. Дата обращения: 6 июля 2016. Архивировано 27 августа 2016 года.
↑ Образование музея антропологии и этнографии. Дата обращения: 6 июля 2016. Архивировано 17 августа 2016 года.
↑ Кунсткамера. Каталог изображений (недоступная ссылка)
↑ Шлемов А. В. Управители Нижнетуринского завода. Дата обращения: 25 февраля 2018. Архивировано 25 февраля 2018 года.
↑ Дорошин П. П. Дата обращения: 6 июля 2016. Архивировано 20 октября 2018 года.
↑ Ученые труды П. П. Дорошина // Олонецкие губернские ведомости. 1875. 19 марта. Дата обращения: 6 июля 2016. Архивировано 27 августа 2016 года.

[править | править код]Литература

Свердлов Н. М. Кругосветные плавания вольного шкипера Августа Риделя // Природа. — 2011. — № 9. — С. 61—67

а страница в последний раз была отредактирована 2 августа 2024 в 15:56.

https://ru.wikipedia.org/wiki/Дорошин,_Пётр_Петрович

Бастрыкин: никаких жён, мужей, бабушек, дедушек и детей

Информ — Tue, 20 May 2025 19:01:06 GMT

Российские бизнесмены, которые завозят мигрантов, должны сделать так, чтобы всё происходило за счёт самих работодателей, считает Бастрыкин:

«Жильё, страхование, медицинское обслуживание. Обязательное заключение контракта. Не просто заехал, получил патент и пошёл неизвестно куда…

Контракт заключать не более чем на год. И по окончании трудового соглашения… он убывает к себе на родину. Самое главное — никаких жён, мужей, бабушек, дедушек и детей. Он приезжает сюда работать»

https://www.gazeta.ru/social/2025/05/20/21072416.shtml?ysclid=mawvubwwj5576930361

КУЛАКОВ Кирилл, СЕО и основатель «Бери заряд!»

Информ — Thu, 20 Mar 2025 13:12:04 GMT

КУЛАКОВ Кирилл, СЕО и основатель «Бери заряд!»

Партнёрская публикация

Сегодня

9 мин

Кирилл КулаковСЕО и основатель «Бери заряд!»

Международные связи: СНГ

Я хотел попасть в самую классную компанию на рынке «У тебя суперспособность: ты неубиваемый» Остаться без связи для современного человека — огромный стресс Узкие места, всепогодные станции и черный лебедь ковида Главное для меня — это польза и масштаб Я хотел попасть в самую классную компанию на рынке
С детства у меня была мысль стать изобретателем. Я рано понял, что самое для меня интересное — это комбинировать некие уже существующие вводные и из этого придумывать что-то новое и полезное.
Но после школы я пошел учиться на психолога. Я тонко чувствую и людей, и то, что на меня влияет. С этим хотелось разобраться. А параллельно учебе занимался танцами. Сначала учился в танцевальной студии, потом подрабатывал там младшим помощником младшего преподавателя, затем сам стал преподавателем, взял несколько групп, потом начал открывать филиалы. В результате у меня оказалась сеть танцевальных студий, которая впоследствии стала самой большой такой сетью в Москве. Мы занимались современной танцевальной культурой, поставляли танцоров во все клубы Москвы.
Но в какой-то момент я понял, что немного перерос эту танцевальную тему, и пошел в медиа. Я хотел попасть в самую классную компанию, которая была на рынке. Тогда это была «Афиша». И я просто каждый день в течение нескольких месяцев звонил во все отделы — просил, чтобы меня взяли на любую работу. В итоге в рекламе сжалились и взяли меня. Там мне уже было интересно поработать с какими-то технологиями, которые помогали бы раскрыть свойства продукта и донести их самым простым способом до людей.
Это как раз свойственно изобретательскому майндсету. Ты понимаешь потребности и человека, и производителя или предпринимателя, который пытается что-то для этого человека сделать. Я вот здесь наиболее эффективен: кому, что, когда, как, зачем. При этом я понимаю и в создании продукта, в технологии, и в конечном потребителе. Я где-то между теми, кто паяет микросхемы, и теми, кто придумывает новые продукты, выводит их на рынок к конечным потребителем.
Я где-то на этом стыке — наверное, поэтому у меня разное в прошлом есть. Я открывал разные бизнесы: танцевальный бизнес, цветочный бизнес, ресторанный бизнес, рекламное агентство у меня было 10 лет. К тому моменту, как я придумал «Бери заряд!», я запустил уже больше десятка бизнесов.
«У тебя суперспособность: ты неубиваемый»
У меня был тяжелый период клинической депрессии. И вот в этом состоянии я набрел на бизнес-школу «Сколково» и увидел там новые смыслы, новые масштабы. Раньше я создавал какой-то бизнес и дальше по модели «купи-продай» пытался его масштабировать шаг за шагом. В «Сколково» я увидел новую модель — венчурные проекты. Это когда ты придумываешь классную идею, ищешь инвесторов и масштабируешь бизнес за счет тех людей, которые верят в твой проект. Это совсем другие масштабы, так и родился «Бери заряд!».
В «Сколково» я участвовал в программе «Стартап Академия». Прошел ее сам, а потом затащил туда нескольких своих потенциальных партнеров и с ними еще раз программу прошел.
В «Сколково» во мне увидел потенциал Игорь Дубинников. Я прошел несколько его тренингов, где он выцепил из меня мои сильные стороны. «У тебя, — сказал он, — суперспособность: ты неубиваемый. Это крутая черта для предпринимателя, ты не сдохнешь никогда».
Предназначение, которое Дубинников вытащил из меня, — вдохновлять людей. Вот эта штука приносит мне очень много энергии. Вокруг всегда много людей, которые приходят посоветоваться, что-то придумать, что-то поделать. Я это уже превратил в психологические бизнес-консультации. Я понимаю, что все ограничения предпринимателя, будь то хреновый рынок, адские конкуренты, дурацкие партнеры — они всегда все в голове. Если ты с головой решаешь проблемы, то все рассасывается — и ты летишь на новой скорости в космос.
Остаться без связи для современного человека — огромный стресс
После школы «Сколково» я перенаправил 100% времени на масштабные проекты. Но первая идея, которая у меня была, — это еще был не «Бери заряд!». Сначала я придумал Hello Guide. С этой штукой я выиграл первое место по России на Startup Village, получил грант и поехал исследовать европейский рынок конкурентов. Идея была — сделать такой Uber для гидов: приезжаешь в любую точку земли, открываешь приложение — и через 5–10 минут рядом с тобой гид. Фишка проекта была в том, что я нашел, как делать психологический мэтчинг, чтобы определенному психотипу путешественника подобрать подходящий психотип гида. Я такое путешествие проходил и понял, что это просто волшебная штука, которую точно нужно донести до всех людей.
И в этой поездке я и столкнулся с проблемой: садится телефон в другой стране, я не знаю языка, нет денег на телефоне, я не знаю, как домой добраться. И там я впервые осознал, какая же это адская психологическая боль.
Сейчас для этого есть даже термин «номофобия» — no mobile phone фобия. Как считается, по уровню воздействия на психику она на третьем месте после утраты близкого человека и свадьбы. Остаться без связи для современного человека — огромный стресс. Ты не можешь признаться девушке в любви, помочь маме, вызвать скорую, обратиться в полицию, вызвать такси и куча, куча.
И вот в той поездке я впервые с этим столкнулся. А у меня еще есть хобби — придумывать всякие инженерные штуки, начиная от мебели и заканчивая различными устройствами. И я решил эту тему копнуть, посоздавать устройство, посмотреть, кто есть на рынке. Привлек к этому делу одного из своих партнеров, Степу Ермаченкова — мы с ним вместе в «Сколково» учились. Он стал и первым инвестором, и коммерческим директором. Степа — кофаундер, мы с первого дня «Бери заряд!» вместе этим занимаемся.
Я начертил такой автомат, где в одну ячейку можно было бы засунуть использованный пауэрбанк, а из другой получить заряженный. Выяснилось, что лучшая цена и качество пауэрбанков — в Китае. Мы со Степой поехали туда пообщаться с производителями и увидели, что в Китае стартанул буквально за 8 месяцев до этого прикольный бизнес — он выглядел так, как «Бери заряд!» выглядит сейчас в Москве. Мы решили не делать свои станции: просто у крупнейшего производителя купить готовые, а технологию разработать самостоятельно. Перенос китайских технологий был невозможен: у них есть социальные рейтинги, никто не боится кому-то что-то дать без залога. А в России тогда не было даже QR-кодов, надо было все придумать самим. И мы наняли команду, которая пилила нашу систему.
Постепенно мы пришли к созданию приложения, через которое можно будет взять пауэрбанк в любой станции и в любую станцию вернуть. У нас десятки тысяч станций в 90 городах России и еще в нескольких странах СНГ. Берешь пауэрбанк, заряжаешься, хочешь — сдаешь там же, хочешь — сдаешь в этом городе, но в другом месте, хочешь — летишь куда-то и там сдаешь.
Узкие места, всепогодные станции и черный лебедь ковида
Мы проводили исследования на улицах, спрашивали, куда люди пойдут, если у них разряжается телефон. 70% ответили, что пойдут заряжать его в кафе. И так мы поняли, где надо ставить наши станции и какую определить стоимость за час зарядки — как чашка кофе. Это был 2018 год, чашка кофе стоила 50 рублей. Когда мы поставили 50 первых станций, о нас вышла статья в «Афише»: вот, в городе появилась такая штука, а в планах у ребят еще до конца года поставить 500 станций.
А дальше мы смотрели, где что ломается, латали узкие места, растили экспертизу, команду, количество станций, привлекали новых партнеров, смотрели на динамику заработка, привлекали инвесторов.
Ковид оказался настоящим черным лебедем. Тогда наш бизнес был развернут исключительно на кафе, бары, рестораны — а их-то все закрыли. Мы перестали получать доход. А мы же резиденты «Большого Сколково», строим венчурный проект, мы должны быть белыми и пушистыми — все вбелую, никаких конвертов и серых схем. Так что мы, конечно, столкнулись с большой проблемой. Какой-то запас денег был, но они таяли очень быстро. И неизвестно было, сколько продлится карантин.
Нас спасли прозрачность внутри команды и сплоченность. Мы быстро договорились, что все руководители и менеджеры среднего звена, у кого есть хоть какие-то запасы денег, отдадут свою зарплату в пользу тех, у кого кредиты, кому надо существовать хоть как-то. И это помогло нам пережить ковид, выйти из карантина экстремальным ростом.
Сейчас у нас в районе 18 тысяч станций, а до конца года будет больше 20 тысяч. И стоим мы сейчас не только в отелях, барах, ресторанах, но и в продуктовом ретейле — это «Магниты», Х5, «Дикси»; в салонах сотовой связи — «Мегафон», МТС; на транспорте — МЦК, МЦД. Заключили контракт с РЖД на все вокзалы России. Мы уже на многих вокзалах стоим с большими станциями, с красивыми тачскринами. Мы стоим в торговых центрах, в поликлиниках, в больницах, в вузах, в судах, в МФЦ. Полгода назад у нас было 2 миллиона пользователей, а вчера зарегистрировался трехмиллионный.
Сейчас мы разработали всепогодные, всесезонные станции, чтобы выйти на улицы города. Таких никто в мире не делает. Диапазон температуры, влаги позволяет им работать от пустыни до Арктики, эти станции можно водой из брандспойта омывать, вандалы могут прыгать с двух ног в экран — и ничего с этими станциями не будет. Такое оборудование мы полностью проектируем в России, хотя часть микрочипов, GSM-модулей, матрицы экранов заказываем в Китае. Но все, что можно сделать в России, мы делаем в России.
Главное для меня — это польза и масштаб
Нам предлагают продать проект, но до сих пор предлагали не совсем ту цену, которую мы считаем справедливой. Поэтому мы сейчас движемся в сторону облигационных займов, а через год-полтора рассчитываем выйти на IPO на Московской бирже.
Мы понимаем, что наши станции приносят реальную пользу. Не так давно был замечательный случай. Степа Ермаченков сидел с семьей в ресторане, к ним подходит официант, видит на столе «Бери заряд!» и говорит: «О, эта штука мне жизнь спасла». Степа ему сообщает, что он кофаундер сервиса, придумал его вместе с Кириллом. Официант, конечно, не верит, и Степа предлагает ему посмотреть в интернете. Что же, буквально через несколько минут этот человек подходит снова: «Ваш счет закрыт, закрыл его я, и это не шутка, что вы спасли мне жизнь. Не могу рассказать, что произошло, но это единственное, как я могу вас отблагодарить». А это был довольно дорогой ресторан, и счет был немаленький.
Вообще главное для меня — это польза и масштаб. Наверное, поэтому у меня, как я вижу, классно получаются большие инфраструктурные и городские проекты. Собственно, я сейчас и думаю над тем, как взять новые масштабы.
Сейчас «Бери заряд!» уже в большом масштабе развернулся на Россию и за ее пределами. Я вижу миллионы людей, которым нравится продукт, которых продукт выручает в сложные времена. И вот думаю, что можно еще сделать такого крупного, большого, инфраструктурного. Буду дальше думать в этом направлении. Как можно сотрудничать с городами и даже странами.

https://heroes.greatlist.ru/interview-kulakov/?ysclid=m8gzslxiv176671920

ЛАММ Саша и Вилли, рестораторы, бистро Maison Lamms (Германия)

Информ — Wed, 19 Mar 2025 10:53:53 GMT

ЛАММ Саша и Вилли, рестораторы, бистро Maison Lamms (Германия)

Партнёрская публикация

Сегодня

6 мин

«Мы открыли кафе за границей»: 3 истории смелых российских предпринимателей

Сколько это стоило и насколько было сложно запуститься в Португалии, Германии и Армении

ВАЛЕРИЯ ПЕРФИЛЬЕВА

Среди российских эмигрантов за границей есть смельчаки, решившиеся без какой-либо помощи открыть свое кафе, чтобы развиваться и продолжать заниматься любимым делом. «Большой Город» узнал три таких истории и рассказывает, насколько отличается этот опыт от бизнеса в России и сколько стоит открыть кафе в Португалии, Германии и Армении.

Саша и Вилли Ламм

открыли французское бистро Maison Lamms* в немецком городке Пассау

У семьи Саши и Вилли Ламм в Москве была успешная кондитерская Lamm’s с легендарными эклерами, за которыми ехали со всего города. Но в 2022 году они приняли решение переехать и закрыть бизнес в России, а спустя год уже открыли бистро в Германии.

— Когда мы приняли решение закрывать кондитерскую и переезжать, у нас было несколько вариантов. Мы рассматривали только большие города, так как хотели «перевезти» сложившуюся и успешную концепцию эклерной. У моего мужа немецкие корни, и большую часть жизни он прожил в Германии, поэтому этот сценарий казался самым очевидным. Долгое время мы думали, что наш пункт назначения — Берлин. Читали про этот город, расспрашивали местных, но в итоге переключились на другой мегаполис — Лиссабон. Тот привлекал климатом, распространенностью английского языка и неплохим состоянием гастрономического рынка. Однако в жизнь ворвался случай — во время запланированной остановки в пригороде города Пассау (здесь у моего мужа живет большая часть семьи), нашу собаку экстренно прооперировали, и нам пришлось пересматривать все планы. Мы попробовали посмотреть на нашу жизненную ситуацию максимально трезво и решили остаться здесь — в небольшой баварской деревне. Подумали, что точно придумаем, как будем зарабатывать и реализовываться.

Сначала хотелось просто отдохнуть, адаптироваться, наладить быт и пожить. Набравшись сил, мы начали ресерч местного рынка. Я много-много гуглила. «Как открыть бизнес в Германии?», «Как открыть кафе в Германии?», «Как открыть кофейню в Германии?» Искала интервью и рассказы реальных людей о том, каково это, какие подводные камни, какие особенности. Так появилось общее понимание рынка. Затем приступили к более детальному исследованию ресторанной карты Пассау: какие места есть, какие пользуются популярностью, как горожане реагируют на новые концепции.

Когда мы планировали открываться в Москве, итоговую концепцию определило помещение. В этот раз мы также оставляли себе пространство для маневра и не писали подробный бизнес-план, не имея места. Гигантская проблема Пассау в том, что подходящих под гастрономию помещений здесь ничтожно мало, в месяц появляется от силы один-два новых. Мы перебрали множество концепций, под каждую делали финансовую модель. Кофейня, пиццерия, кафе завтраков — у каждой были плюсы и минусы, в целом нам по-своему нравились все, в каждой мы могли реализоваться, так как оба любим глобально одну вещь — кормить людей, делать им комфортно. В итоге все сложилось более чем удачно — мы увидели объявление о продаже французского бистро и, учитывая нашу эклерную московскую историю, сразу поняли: это то, что нам нужно.

Есть такая легенда, что университетский профессор сказал юному Сэлинджеру, что, если он хочет написать хорошую книгу, ему нужно представить, какую книгу он хочет прочитать, а затем — написать ее. Мне нравится думать, что целевая аудитория мест, открываемых вот такими ремесленниками, как мы с Вилли (то есть не профессиональными рестораторами, а просто энтузиастами, которые любят сферу гостеприимства и хотят развиваться в ней), — это люди, похожие на нас. Мы делали кафе, в которое хотели бы ходить сами. Уютное, красивое, с простой и понятной едой, сделанной любящими руками из хороших продуктов.

Нас пугали масштабной немецкой бюрократией, но страхи не подтвердились. Да, бумажная волокита в Германии действительно стоит отдельного разговора, однако же ни разу не было ситуации, в которой бы мы были в тупике и не понимали, что делать дальше. Все чиновники, с которыми мы сталкивались на пути к открытию, были отзывчивыми и человечными — вместе с нами искали пути решения, подсказывали, давали контакты. Мы получили алкогольную лицензию; ее стоимость по сравнению с Россией ничтожна, и она выдается на весь срок работы твоего бизнеса, а не на год.

Что в России было легче? Строить. Невысокая стоимость строительных материалов и рабочих бригад, быстрая и недорогая доставка всего, что нужно на этапе открытия. Во всем остальном — те же сложности.

Безусловно, открыть заведение в Германии дороже, чем в России, хотя не думаю, что могу полноценно сравнивать. Наша московская кондитерская в 2018 году обошлась нам в 4,5 миллиона рублей — мы делали косметический ремонт, закупали не самое дорогое оборудование и простенькую мебель. В 2021 году мы загорелись идеей построить цех мечты. Арендовали отдельно стоящее здание на Павелецкой и полностью его реанимировали: ломали стены, прокладывали коммуникации и электрику — в итоге деньги закончились еще до того, как мы приступили к чистовой отделке. На все ушло около 5 миллионов рублей, однако в эту сумму входил также выкуп оборудования, на котором мы работали в предыдущем цехе.

Сейчас математика совсем иная. В Германии принято «передавать» помещение под гастрономию с имеющимся ремонтом и оборудованием, соответственно, заключить договор аренды ты можешь, только заплатив Ablöse (это понятие подразумевает стоимость того, что остается в помещении) предыдущему арендатору. В нашем случае Ablöse составлял 45 тысяч евро, и, так как мы уже полгода находились в поисках помещения, быстро поняли, что предложение удачное. В эту сумму входило небольшое количество оборудования (кофемашина, посудомойка, витрина, холодильники) и мебель, а также остатки вина и различных французских деликатесов, которые продавала предыдущая хозяйка. Помимо Ablöse, мы потратили 30 тысяч евро на административные расходы, ремонт, мебель, недостающий инвентарь и посуду. Увы, полноценно ремонт закончить не получилось — у нас остался пустующим малый зал, в который нужно докупать мебель, но мы надеемся сделать это с течением времени.

Мы только начали работу — прошла всего неделя с тестового открытия, поэтому судить об успехе еще рано. Я однозначно рада, что мы собрали всю волю в кулак и, несмотря на множество недоделок, открылись. Получилось масштабно выдохнуть и снизить градус напряжения. Когда ты видишь, что к тебе приходят реальные люди, пьют твой кофе, едят десерты и, уходя, говорят, что все было супер, приступаешь к следующим задачам с еще большим энтузиазмом.

Пока для продвижения мы ведем только нашу страницу в инстаграме*, плюс выходила небольшая заметка о нас в местном глянцевом журнале. В Москве мы вообще не тратились на маркетинг — нашим единственным инструментом было сарафанное радио. Но здесь у нас нет лояльной аудитории, поэтому что-то делать будем.

Толком привлечением гостей мы еще не занимались. Команду тоже еще не нанимали, потому что дорабатываем меню, налаживаем процессы. Пока работаем с Вилли вдвоем: я готовлю, а муж встречает гостей и варит кофе. Вывески тоже еще нет, мы просто написали название меловым маркером на двери. Но к вечеру у нас уже периодически бывает пустая витрина для десертов: особенно быстро раскупают все эклеры.

Вообще нам нравится Пассау как город для бизнеса. Хоть он и маленький — население всего 50 тысяч человек, но тут очень много молодых, потому что в городе находится один из крупных университетов. Это как раз наша целевая аудитория — люди, которым важна атмосфера, гостеприимство и интересная еда.

В Москве мы могли сделать какой-то спешл, выкладывали его в соцсети утром, и нам писали «А завтра будет еще?» — потому что это настолько большой город, что, чтобы доехать за десертом, нужно изменить планы на день. А здесь люди утром видят в Сети, что мы приготовили «Павлову», и через час-два уже за ней приходят. В этом большой плюс.

https://bg.ru/bg/food/food-stories/18748-cafe-abroad-stories?ysclid=m8fkn6cl2k956009938

ПЛОТНИКОВА Катя и КОРЗУН Яна, рестораторы (Португалия)

Информ — Wed, 19 Mar 2025 10:20:53 GMT

ПЛОТНИКОВА Катя и КОРЗУН Яна, рестораторы (Португалия)

Партнёрская публикация

Сегодня

4 мин

«Мы открыли кафе за границей»: 3 истории смелых российских предпринимателей

Сколько это стоило и насколько было сложно запуститься в Португалии, Германии и Армении

ВАЛЕРИЯ ПЕРФИЛЬЕВА

Катя Плотникова и Яна Корзун

открыли бистро Borboleta* в Порту

Катя, шеф-повар и владелица гастробара Alma, недавно вместе с партнером Яной открыла бистро в Португалии, но при этом не вышла из московского проекта и управляет им удаленно, поддерживая команду.

— В Порту мне предложила открыть проект Яна, и я согласилась. Я давно хотела поехать работать в Европу — за свежей рыбой, другими овощами и продуктами в целом. И конечно, получить оценку своей работы у европейцев, у которых совершенно другая гастрономическая культура, нежели в России.

Тут классный климат: летом нет жары, океан рядом, а зима мягкая и, конечно, без снега. Мне нравится выходить из дома и видеть океан и маяк неподалеку — это добавляет спокойствия. Здесь меня потихоньку начинает покидать постоянное чувство тревоги.

Вообще, мы долго выбирали название, даже устраивали опросы среди друзей в социальных сетях. Borboleta — в переводе в португальского «бабочка» — мне понравилось по звучанию, в его произношении как будто слышны пузырьки игристого. И по смыслу тоже откликнулось: мы превращались из гусеницы в прекрасную бабочку и хотим, чтобы она долго и успешно порхала в этом городе. И вообще, когда ты счастлив, у тебя бабочки в животе! Мы выбрали демократичную концепцию бистрономии, где лучшие продукты складываются во вкусные блюда. В пару к еде у нас есть тщательно подобранные вина и настойки, которые я теперь делаю сама.

Помимо того что я шеф-повар и партнер проекта, я еще и закупщик: рано утром во вторник я еду на рынок за свежей рыбой и овощами, а потом — в Makro. Труднее всего найти хорошее сочное мясо. Огурцы все жуткие, помидоры тоже в 99 % случаев, но я и сезона еще не видела. Важно, что я готовлю из локальных продуктов не самую привычную для португальцев еду. Хочу развивать вкусы и показывать, что их привычные продукты можно готовить иначе. Когда мы только открылись, к нам, конечно, в основном приходило русскоязычное комьюнити, но теперь все больше экспатов и местных, которые открыты к новым вкусам. Вообще местные любят рестораны и кафе, утром все сидят потягивают кофе. Здесь любят ходить куда-то большими компаниями, поэтому мы и столы под это планировали. Правда, многие пожилые португальцы, проходя мимо, советуют что нам на самом деле стоит готовить. На что я им задаю вопрос: чем мы тогда будем отличаться от сотни других мест?

Еще из интересного — у нас очень международная команда: сушеф из Аргентины, бариста и фея чистоты из Украины, заготовщица из Пакистана, две официантки из США. Всех нашли через фейсбук*, но вообще с наймом тут непросто. Сотрудники не могут работать больше восьми часов в день, поэтому в некоторых случаях приходится разбивать смену, днем четыре часа, потом перерыв, и вечером четыре часа. Каждому работнику выплачивается 14 зарплат в год, но есть и другие дополнительные расходы. Например, многие делают специальные карточки и туда переводят сотруднику 7 евро в день на питание, но мы кормим сами.

Мой сушеф недавно сказал, что он готовит классную пиццу и хотел бы свой проект. Мы попробовали и решили отдать воскресенья под его поп-ап, и теперь каждое воскресенье он готовит свою пиццу.

Всего на открытие мы потратили около 130 тысяч евро. Искали помещение полгода: не каждое место может быть рестораном, где-то можно только кофе варить и булочки подавать. Это разные виды лицензии, а количество мест с лицензиями ограничено.

Но это стоило того, потому что нашли просто клад — не в самом туристическом центре, но около красивейшего парка Gardim Palácio Cristal. Это небольшое место со своим садом. Вообще, сначала я планировала открыть небольшой проект с сэндвичами и сделать сетку, но в итоге все решило это помещение. Мы начали стройку 8 октября, а открылись 21 декабря, хотя тут меньше чем за шесть месяцев еще никто не открывался.

Самое главное здесь — иметь на своей стороне менеджера стройки, который понимает ресторанную специфику и контролирует прораба и все детали. У нас такой человек появился поздно, но как только это произошло, все начало происходить очень быстро. Ну и качество стало совсем другим. В общем, тут очень сложно с рабочей силой, и все медленно работают. Но мы достаточно быстро поняли, что не нужно писать письма или звонить, ждать ответов, нужно ехать на место и договариваться. Так и делали. И не стоит соглашаться на сроки подрядчиков — нужно озвучивать свои сроки и стоять на них.

Тем временем в Alma гости никак не могли привыкнуть, что меня нет. Но потом доверились новому шефу и поняли, что я все лично контролирую и всегда на связи. А я рада, что команда развивается, мой дух там всегда.

https://bg.ru/bg/food/food-stories/18748-cafe-abroad-stories?ysclid=m8fkn6cl2k956009938